Сэмюэл Питер: «У меня не рабский контракт с Кличко»

в супертяжелом весе против нигерийца Сэмюэла Питера (29 лет). Корреспондент «БЛИК-Спорт» дозвонился за океан Нигерийскому кошмару, как называют Питера на профессиональном ринге, и расспросил его о подготовке к бою, контракте на поединок и экономике в профессиональном боксе.

 – Шестое чувство. Я ведь вижу ситуацию изнутри. Впрочем, меня проблемы Поветкина не волнуют. Самое главное, что Нигерийский кошмар готов к этому поединку. Я обещаю, что это будет очень зрелищный бой. Мы еще в первой встрече с Владимиром показали, что стоим друг друга. Потому что на ринг вышли два панчера. Скажите, нашелся ли в мире бокса хоть один болельщик, которому не понравился наш первый бой?

 – Высоко в горах – я хочу быть поближе к Богу. Только не спрашивайте меня о спарринг-партнерах. Их имена – военная тайна. Кстати, к предыдущим боям мне помогал готовиться украинец Олег Платов. Хороший парень и серьезный боксер. Не удивлюсь, если Олег когда-то станет чемпионом мира. Но это случится уже после того, как я закончу с боксом. В этот же раз от спаррингов с уроженцем Днепропетровска я решил отказаться – по антропометрическим данным и стилю ведения боя Олег не похож на Владимира.

– Что значит «рабский контракт»? По крайней мере, у меня не рабский контракт с Кличко. Да и вообще, рабовладельческий строй давно канул в небытие. Так что это не более чем игра слов. В принципе, подобные вопросы – больше удел для комментариев руководителей моей промоутерской компании «Топ Рэнк». Но, насколько мне известно, первый вариант присланного контракта между командами боксеров почти всегда отличается от подписываемого. Торговаться нужно просто.

 – Я думаю, что в каждом случае есть свои нюансы. Возьмем Валуева. Он имеет сразу двух промоутеров, каждому из которых должен отдавать определенный процент со своих гонораров за бои. После этого у него остается мало денег. Вот он и хочет выбить гонорар побольше. То есть, здесь, скорее всего, вопрос в деньгах. Дэвид Хэй – это совсем другая история. Своими агрессивными нападками на Кличко в прессе он сделал себе имидж боевого мальчика. Но после того, как забрал чемпионский титул WBA у Валуева, превратился из боевого мальчика в бизнесмена. Ему уже не нужны Кличко. Он лучше будет зарабатывать на своих чемпионских боях без риска поражений. Посмотрим, удастся ли моим промоутерам договориться о поединке с Хэем после того, как я 11 сентября заберу чемпионские пояса у Вовы. Честно говоря, я уже чувствую себя чемпионом.

 – Побеждал там нокаутом в первом раунде болгарина Георги Христова. С самого начала своей профессиональной карьеры я работаю с менеджером Ивайло Готцевым. Он мне и организовывал тот дебютный поединок. А в Казахстане его проводили потому, что главным боем вечера была защита чемпионского титула казаха Василия Жирова. Вася – герой этой страны. Олимпийский чемпион Атланты-1996, где был признан самым техничным боксером турнира и получил за это Кубок Вэла Баркера. В Казахстане в честь Жирова даже марки выпустили – он на них красуется как олимпийский чемпион. Вася стал моим другом. Помню, что в Астане тогда была ужасная холодина – минус двадцать градусов или даже больше. Но пришедшие на бокс болельщики встретили меня очень тепло. А когда я нокаутировал Христова, ко мне подошел Жиров и сказал, что я обязательно стану чемпионом мира. И я им стал, забрав титул у россиянина Олега Маскаева. А 11 сентября я верну свой чемпионский пояс, который отдал взаймы Виталию осенью 2008 года. Как я вам и говорил, наш бой с Кличко-младшим не продлится больше трех раундов. Вот увидите, Вова «щелкнет кедами». А затем наступит очередь Виталика. После боя с Кличко-старшим вы мне позвоните, и я уже в роли абсолютного чемпиона мира дам вам еще одно интервью.

 

 

 

Максим Розенко